К

Конюхов Виталий Юрьевич

5 июня 1947 – 10 января 1978

Окончил Армавирское лётное военное училище (1971 г.).
В 1971 – 1973 годах служил в 415 м истребительном авиационном полку (аэродром «Туноша», г. Ярославль).
С 1973 года служил в 786 м истребительном авиационном полку ПВО (аэродром «Правдинск», п. Истомино Балахнинский район Горьковская обл.).
Лётчик 1-го класса.

В январе 1978 года жители Городца оказалась очевидцем жуткой трагедии, произошедшей на высоком берегу Белой речки недалеко от плотины Горьковского гидроузла.
Это случилось 10 января, когда пассажиры рейсового автобуса Городец–Заволжье, увидели самолёт, который летел «как-то странно».
Странность эта была в том, что самолёт летел носом вниз, т.е. уже пикировал.
Именно в таком состоянии самолёту удалось перелететь метео- и лодочную станции.
Было понятно, что лётчик старался увести самолёт подальше от людей, домов и, главное, от плотины и других объектов гидроузла.
Водитель остановил автобус, и пассажиры увидели страшное зарево, все очень надеялись, что лётчик катапультировался и остался жив.
Но страшно подумать о том, что было бы, если лётчик не дотянул до безопасной высокой горы и рухнул прямо на плотину, по которой в тот момент ехал автобус...
Теперь все жители города знают, что самоотверженное мужество одного человека спасло от гибели десятки, если не сотни людей.
Звали того человека Виталий Юрьевич Конюхов и на момент гибели ему было 30 лет.
Он возвращался на истоминский аэродром на своём «МиГе» после удачно выполненного испытательного полёта…
К сожалению, подвиг лётчика остался безызвестным.
В советское время о неудачах, и уж тем более о трагедиях, не принято было говорить; наоборот, подобные случаи специально замалчивались, чтобы никакие ЧП не нарушали благополучную жизнь строителей коммунизма, ну, а в последующие годы проблемы насущные и новые катаклизмы всякого рада затмили память о герое.
В 1999 году в газете «Нижегородские новости» была напечатана статья «Песня лётчика» (автор Воронина М.), в которой подробно рассказывается о жизни, судьбе и гибели лётчика.
Автор статьи ещё успела застать в живых вдову капитана Галину:
…Ему было 27 лет, мне 25 … любовь была … настоящая …Два года мы только дружили. Я всё ждала его то с каких-то походов, то из госпиталей. А поженившись, прожили вместе всего полтора года. Не забуду это время… 22 года реву и реву по ночам. Уже и дочь выросла, и замуж я опять вышла, а сердце по Виталию так и ноет…Виталий был таким, какие редко бывают, наверное. Красивый, весёлый был, бесшабашный. Всё, что можно, превращал в шутку или розыгрыш. …Это был помешанный на авиации человек. А тот последний день… Никаких предчувствий в тот день не было. Была утренняя суматоха, из-за которой я не успела его вслед, по обычаю, перекрестить. А когда вечером в комнату ввалились люди и сообщили, я не поверила. Это было невозможно, чтобы он погиб. Через три дня состоялись похороны. Открыть гроб мне не разрешили, сказали, что у Виталия лицо очень обезображено. Это потом я узнала, что лица не было. В гробу лежало всего несколько кусочков тела. 16 килограммов, вместе с впаявшимся в ступню ботинком… Получается, у Виталия две могилы, настоящая и официальная: в Городце он похоронил себя сам, а в Балахне мы отдали земле то, что осталось. На похоронах какой-то генерал говорил, что лётчика Конюхова посмертно представят к награде. Тогда все были в этом уверены. Ведь если бы не погиб он, погибли другие. Потом это никому стало ненужно. Забыли Конюхова, как дурной сон, который, к счастью для других, благополучно закончился…

Итак, 10 января 1978 года, в два часа пополудни, было не по-январски пасмурно. Небо над Горьковским водохранилищем плотно занавесилось облаками. В тот роковой день над заснеженной землёй низко висели тяжёлые свинцовые тучи. Стояла идеальная погода для отработки полётов и заходов истребителей на посадку в сложных метеоусловиях. К двум часам задание по виражам и пикетированию было отработано, оставалось выполнить заход на посадку. Виталию дали команду, и он уже докладывал — шасси выпущено. Значит, шёл штатно. До аэродрома ему оставалось 25 километров или 40 секунд полёта. Высота — 600 метров (?). Через 13 километров он должен был доложить снова. Но второго сообщения от Конюхова не последовало. Эфир молчал. Радары, зафиксировав прохождение самолёта над плотиной гидроэлектростанции, вдруг сразу потеряли его из виду. Всё плановое время Конюхова ждали. И земля, и воздух были напряжены этим ожиданием. По радио упорно звучало: отзовись, отзовись, отзовись…

…Над Заволжским моторным заводом вдруг с воем и гулом вывалился самолёт, таща за собой шлейф дыма. Неуклонно снижаясь, самолёт сделал разворот в сторону от завода, через Волгу к Городцу. В штопорном состоянии, на больших углах атаки, он стремительно пролетел над скоплением судов в затоне судоремонтного завода, над ледяным яхтклубом и, завершая роковой круг, плашмя, всем сорокатонным (?!) корпусом врезался в высокий берег речки Белой…

Говорят, взрыв был не так, чтобы очень уж сильный. Из соседней деревни Иваново уже неслись к самолёту жители. Подойти близко боялись: вокруг горело всё, даже снег. Скоро появились пожарные, военные, милиция, врачи. Из Истомино мчались к месту падения руководители полёта. Комиссия установит, что двигатели конюховского «МиГа» до конца работали на максимальных скоростях и могли в принципе вытянуть самолёт из штопора. До последней секунды полёт истребителя был управляем. Конюхов мог спастись, но не сделал этого. Почему?! Почему Конюхов, при его-то мастерстве и выучке, не посадил истребитель на вспаханное поле впереди? Это было реально. Может, потому, что сразу за полем находилась деревня Иваново. И если бы машину не удалось вовремя остановить, она протаранила бы деревню, буквально срезав её с поверхности земли. Вероятно, Конюхов не был уверен в тормозной системе. И предпочёл врезаться в берег, прекратив, таким образом, неудавшийся полёт; лётчик дважды имел возможность катапультироваться: когда пролетал над ЗМЗ и над затоном. Почему он не сделал этого? Вероятно потому, что взбесившаяся беспилотная машина в первом случае упала бы на цеха завода, а скорее всего — на плотину и проломила (!) бы её. Последствия очевидны: миллионы кубометров освободившейся воды в момент затопили бы город Заволжье и шумным потоком двинулись бы на Балахну и Нижний Новгород. Во втором случае удар самолёта по скоплению судов в затоне вызвал бы взрыв такой силы и мощности, что от города остались бы только руины. Бросить самолёт в Волгу Конюхов не успевал. Или у него не было полной уверенности, что самолёт благополучно погрузится в пучину, а не доскачет по глади воды до отдалённой городецкой слободы. Куда ни кинь, всюду ждала трагедия. Конюхов выбрал ту, от которой было меньше последствий. Говорят, единственное, что сохранилось на обрывках ленты разбитого чёрного ящика, как лётчик прощался с жизнью. Он крыл ругательствами смерть, устроившую ему и всем такую ловушку.

— Подлая, ты думала устроить фейерверк? Куда тебе! Получи одного и подавись моими потрохами! Чтоб осколки моих костей застряли в твоей глотке!..

Никто так и не узнал до конца, что на самом деле случилось с самолётом и Конюховым. Всю правду Виталий унёс с собой. Комиссия разрабатывала все возможные варианты: отказ двигателей, отказ приборов, внезапное ухудшение самочувствия лётчика… По мнению специалистов, в итоге сходились к одному: все системы самолёта на момент падения работали нормально, химическая экспертиза крови показала: лётчик был здоров, трезв и до конца пребывал в здравой памяти. Делать выводы было непросто: самолёт был разбит вдребезги. В течение трёх дней рота солдат собирала его обломки в радиусе километра. Что осталось от Конюхова, говорить просто страшно. При падении, от силы динамического удара самолёта о землю сработала катапульта. Остатки тела Виталия, крохотные частицы, впаялись в металлические конструкции, их вырезали вместе с обшивкой .Оберегая чужие карьеры и погоны, в официальном заключении комиссия запишет, что причина трагедии — в пилоте, не справился с управлением. На могильном памятнике скупо высечено: «погиб при исполнении служебных обязанностей».
Лётчик Конюхов похоронен в Балахне, на городском кладбище.
Память: на месте гибели воина установлено памятное надгробие.
К Балахна